Глава 6. Долг и любовь
Поздним вечером, когда город уже погрузился в сумрак, Василий Дерябин наконец переступил порог своего дома. Часы на стене показывали без пяти двенадцать — он опоздал на два с лишним часа, и это было несвойственно ему.
Ещё по пути домой он заметил, что дождь, который лил весь день, наконец прекратился. Мокрый асфальт отражал огни уличных фонарей, рассыпая по поверхности дрожащие золотистые блики. В лужах, словно в осколках зеркала, дрожали перевёрнутые силуэты домов. Воздух был свежим и чистым — после дождя город будто замер в благоговейной тишине.
В квартире царила тишина. Лишь тихое, размеренное дыхание доносилось из спальни. Василий осторожно снял обувь, повесил пальто и на цыпочках прошёл в комнату. На широкой кровати, укрытая лёгким пледом, спала Анастасия. Рядом, свернувшись калачиком, дремал их сын Миша. Василий улыбнулся: в полумраке, освещённом лишь лунным светом, пробивающимся сквозь занавески, они выглядели невероятно умиротворёнными.
Он тихо лёг рядом с женой, стараясь не разбудить её. Но Анастасия, словно почувствовав его присутствие, приоткрыла глаза.
— Вася? — её голос звучал сонно, но в нём уже сквозила тревога. — Ты где был? Я волновалась. Телефон всё это время был недоступен… Кстати, сегодня звонила Кира. Мы с ней долго болтали по телефону.
Василий вздохнул, провёл рукой по лицу, словно стирая усталость.
— В корпорации всё серьёзно: сначала заблокировали связь, потом мой телефон разрядился. Я даже сообщение не мог отправить.
Анастасия приподнялась на локте. В её взгляде читалась не только обеспокоенность, но и понимание — за последние часы она успела передумать всё, что только можно.
— Она так радовалась разговору, всё время смеялась. Спрашивала, когда ты придёшь домой. Очень ждёт тебя.
— Вот бы мне сейчас её смех услышать, — тихо произнёс Василий.
— Да, это всегда поднимает настроение, — согласилась Анастасия. — Но вернёмся к тебе. Почему ты так поздно? Что‑то ещё случилось?
Василий помедлил, подбирая слова.
— Виктор Петрович пропал, — наконец произнёс он.
Тишина, повисшая в комнате, стала почти осязаемой. Анастасия замерла, а затем её лицо исказилось от тревоги.
— Пропал? — переспросила она, и в её голосе зазвучали нотки паники. — Когда? Как?
— Никто не знает, — признался Василий. — Он должен был приехать на совещание, но так и не появился. Его телефон недоступен, дома его нет…
Анастасия закрыла глаза, пытаясь осмыслить услышанное. Виктор Петрович был для Василия не просто начальником — он стал для него наставником, почти отцом. Их связывали долгие годы совместной работы и взаимного уважения.
— Ты ведь поедешь его искать, да? — тихо спросила Анастасия, глядя мужу в глаза.
Василий кивнул.
— Я не могу иначе. Он для меня слишком много значит. И к тому же, утечка данных… Возможно, его исчезновение как‑то связано с этим. Я должен разобраться.
Анастасия глубоко вздохнула, пытаясь справиться с волнением. Она прекрасно понимала: теперь Василий не остановится ни перед чем. Его решимость найти Виктор Петровича лишь усилит мотивацию докопаться до истины в деле об утечке. Для него это уже не просто работа — это личное.
— Я знаю, как он для тебя важен, — сказала она, кладя руку на его плечо. — Но обещай мне быть осторожным. Ты мне нужен. И Мише нужен. И Кире, конечно, тоже — она так ждёт твоего возвращения.
Василий сжал её руку.
— Обещаю. Я сделаю всё, чтобы вернуться к вам. Завтра же свяжусь с Кирой, поболтаю с ней. Она любит, когда я рассказываю смешные истории.
Анастасия прижалась к нему, и на мгновение в комнате снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием спящего сына. Но в сердцах обоих уже зрело понимание: впереди их ждёт непростое время, полное тревог и неизвестности.
Наутро Василий проснулся с тяжёлой мыслью о предстоящем отъезде. Он посмотрел на спящую Анастасию, на Мишу, свернувшегося под пледом, и тихо вышел на кухню. За окном медленно светлело. Первые лучи рассвета едва пробивались сквозь тучи, оставляя на мокром асфальте причудливые блики.
Его охватило противоречивое чувство: с одной стороны — острая необходимость действовать, с другой — невыносимая тяжесть от мысли, что придётся оставить семью. Василий представил, как Кира будет спрашивать, когда папа вернётся, как Миша, проснувшись, не найдёт его в доме… Сердце сжалось. Он понимал: чем глубже погрузится в поиски, тем больше будет рисковать.
Налив себе стакан воды, он встал у окна, пытаясь собраться с мыслями. В голове крутились воспоминания о совместных годах с Виктором Петровичем — мудрые советы, поддержка в сложные моменты, неизменное доверие. Всё это теперь словно взывало к действию.
В кармане тихо завибрировал телефон — пришло новое сообщение. Василий достал аппарат, взглянул на экран и замер. Сообщение было коротким, но от него по спине пробежал холодок: «Ты ещё не понял, во что ввязался?»
Он перечитал текст ещё раз, пытаясь уловить хоть какой‑то намёк на отправителя. Номер был скрыт. Василий медленно опустил руку с телефоном, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
За окном снова начал накрапывать дождь…
Вернуться к оглавлению
К прошлой главе
Читать дальше
