Глава 20. Расследование

    Людмила Васильевна внимательно изучила фотофиксацию места происшествия. Ключ, найденный у копии автомобиля Виктора Петровича, лежал так, словно его намеренно подбросили: слишком заметно, слишком «аккуратно». На металле — едва различимые царапины, складывающиеся в треугольник.

    Василий Дерябин молча положил перед ней распечатки: логи доступа в серверную за последние три дня. Три аномалии — три момента, когда система зафиксировала вход с учётной записи Виктора Петровича, но сам он в здании не появлялся. Время совпадало с пиками сетевой активности, после которых из закрытых разделов исчезали файлы с меткой «Ф.Е.Н.И.К.С.-X».

— Папка, — глухо произнёс Василий. — Та самая, с логотипом «Треугольника». Она лежала у него на столе в день исчезновения. Теперь её нет.

    Людмила кивнула. Папка. Ключ. Три входа в серверную. Всё сходится на «Треугольнике», но…

— Почему папка? — она провела пальцем по снимку ключа. — Если они хотели украсть разработки, зачем оставлять улики? Почему не стереть логи?

    Василий пожал плечами:

— Может, они и не пытались скрыть следы. Может, это… послание.

    В тот же вечер в архиве обнаружили странную запись: камера у лифта зафиксировала, как Виктор Петрович заходит в кабину один, но выходит уже вдвоём. Второй — в капюшоне, лицо скрыто. На рукаве его куртки — вышитый треугольник. Запись обрывается на 17‑й секунде. Дальнейших кадров нет.

    А утром в почтовом ящике Людмилы Васильевны нашли конверт. Внутри — лист из той самой папки. На нём — схема, похожая на чертёж устройства, и надпись от руки: «Треугольник замкнётся, когда найдётся четвёртый угол».

    Людмила перевернула лист. На обороте — отпечаток пальца, смазанный, но достаточно чёткий для анализа. И ещё одна деталь: микроточка в углу, едва видимая без увеличителя. В ней, как выяснилось позже, хранился фрагмент кода — тот самый, что исчез из сервера.

— Они играют с нами, — сказала Людмила, глядя на схему. — Но зачем?

    Василий молча указал на дату, проставленную в углу листа. Она совпадала с днём исчезновения Виктора Петровича. Только вот почерк… Он был не его.

Вернуться к оглавлению

К прошлой главе

Читать дальше